Практическое Демоноводство

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Практическое Демоноводство » Архив эпизодов » 15.03.2013 Отзвуки музыки


15.03.2013 Отзвуки музыки

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

Время и Место:
15.03.2013, Женева, жилые районы
Участники:
Ноа Мерц, Рене Мерц

Предшествующий эпизод:
Ноа: Точка отсчета
Рене: начало игры

Краткое описание эпизода:
Смерть знакомого человека - всегда угнетающее событие. Но насколько тяжело должно быть на душе у человека, чтобы он решил покончить с собой? И как никто не мог такого предсказать?

Предупреждения:
Ветка "Крысолов".
Упоминается самоубийство.

0

2

Ноа молча плеснул в бокал красного вина и сразу же выпил большую его часть. На душе было паршиво, не каждый день обнаруживаешь в почтовом ящике официальное приглашение с траурной каймой. Сначала это показалось шуткой - у близнецов было достаточно много знакомых с весьма специфичным черным чувством юмора, но сухое официальное приглашение не было подделкой, не было розыгрышем. В их компанию пришла смерть.
- До сих пор как на иголках, - негромко поделился Ноа мыслями с сестрой, беря ее под локоть и кивая незнакомым ему женщинам, приходившимися, наверное, родственницами погибшему. В просторной квартире, оформленной в хай-тек стиле, было на редкость многолюдно, но не звучало музыки, не было ярких пятен - почти все пришедшие были затянуты в темные одежды, только нет-нет, а мелькнет цветная полоска в прическах дредастых девушек.
- Еще немного, и можно будет идти домой. Пока что рано.
   Вежливость не позволяла разойтись до того, как не выскажешь соболезнования родителям погибшего паренька, а заодно - не утешишь ласковым словом его девушку, что все глаза себе выплакала за последние сутки, а сейчас представляла собой лишь свою тень, апатично кивая в ответ собеседникам, да с тоской глядя в окно.
   Погибшим был совсем еще молодой парнишка, пришедший в тусовку Мерцев буквально месяца два назад. Заводной, так и брызжущий во все стороны энергией - он умел увлечь за собой и развеселить. Ему пророчили неплохое будущее, он вовсю готовился к поступлению в университет, просто обожал свою подругу - и вот, в один прекрасный момент все оборвалось. Его тело выловили из залива, запретили родственникам хоронить его, а всех друзей и знакомых - проверяли и опрашивали. Ноа очень удивился, когда обнаружил на своем пороге представителей правопорядка, они с Рене спокойно ответили на вопросы о том, где и в какое время бывали в последнюю неделю, но так и не узнали имени погибшего. В результате же все сошлись на том, что это был простой суицид, что мальчик просто не выдержал давления, подсел на наркоту или еще что похуже - и утопился. Хоронили его в закрытом гробу.
- Нет! Он не мог так сделать! Не мог так поступить! - Истеричный вопль со стороны заставил Ноа вздрогнуть и выпустить руку Рене. Он понимающе вздохнул и вопросительно поглядел на сестру - не откажется ли она отвлечь горюющую девушку от ее боли?
[AVA]http://sb.uploads.ru/IoLsS.jpg[/AVA]

Отредактировано Ноа Мерц (17.05.2014 23:58:04)

+2

3

На этот раз я заплела волосы в косы. Оставив лишь по нескольку прядей у лба, сплела две косички, да перевязала их черными лентами. По правде говоря, я столь тщательно работала над обликом лишь для того, чтобы не думать, куда мне предстоит идти. Я не люблю дыхание смерти, а в этом месте оно чувствовалось особенно остро. Разумеется, так и должно быть.
Черное закрытое платье с узорной вышивкой, кольца, лишь один браслет. Из серьг я сняла лишь те, что были в ушах. Снимать остальные мне казалось слишком дискомфортным, вовсе же не трогать - неловко. Так и пошла, с мрачно подведенными глазами, ненакрашенными губами, всем своим видом говоря, куда я собираюсь. Внутри меня бушевала буря. Билась испуганной пичугой мысль: "Не может быть. Он не мог умереть.", мир, казалось бы, обязан был остановиться в тот же миг, когда я узнала о том, что больше никогда не услышу его голоса.
Услышав жалобу брата я очнулась. Оказывается, до этого времени я просто отключилась, не желая видеть этой реальности. Последний раз, когда я общалась с этим человеком, что сейчас лежит под крышкой, мы жарко сосались на какой-то сходочке, пока мне не позвонил брат и не сказал, что пришел домой. Вот так вот. А теперь мне приходилось выражать свои соболезнования той, что являлась его девушкой? Какая глупость...
Я невольно накрываю пальцы брата своими, поглаживая.
- Я действительно хочу уйти отсюда быстрее. Хотя бы на воздух. Мне нужно покурить... - Даже не требовалось объяснять ему, насколько это необходимая для меня процедура. Да, мой организм не из тех, которым поровну на любые отравы. Так что когда-нибудь мое тело будет лежать в такой же коробке, просто потому, что я когда-то отказалась выпустить из пальцев картонную коробку с никотиновыми солдатиками.
Пальцы брата выскользнули, я даже поначалу и не поняла, что его встревожило. Глупая девчонка, плачет, кричит. Это нельзя делать в обществе, девочка, тебя тут все могут за это возненавидеть. Меня вот ненавидели как-то за то, что я, по их мнению, подвела юношу к гробу сама. Давно это было. История была проста, но тем не менее я долго верила в то, что обвиняющие взгляды справедливы. Я лишила его тогда желания жить, отказавшись быть спутницей. Конечно, это его вина или выбор - бросить все, но я являлась толчком, и это был реальный повод возненавидеть меня всем присутствующим на тех похоронах. На этих же легче. То ли от того, что в отличие от тех, эти были не первыми моими. То ли потому, что я твердо знала - не я толкнула его.
- Врядли я чем ее успокою. Впрочем... - задумчиво оглядела ее бедра, плечи вздрагивающие столь часто, да дреды, трясущиеся вслед за телом. Миловидна. Я ненавижу это делать. Я ненавижу срывающихся на публике девушек. Но ее могу попробовать успокоить. Если только она не дура. - Я сама тебя найду, ладно? - сжала его пальцы еще раз, как бы убеждая молча, что знаю, как можно.

Потратить час на успокаивание одной девчонки. Зачем я это делала? Какую выгоду обрела с того, что успокоила ее истерику, описав, насколько глупо она выглядела, скурив вместе с ней по три сигареты крепчайшей марки, какую только могут выдержать мои легкие. И вот, держась за ручку как какие-то школьницы, мы заходим обратно в этот ад на земле. Ненавижу такие мероприятия.
- Ноа, - я уже давно выпустила руку девчонки из своих пальцев, кивнула ей, не смотря тем не менее на ее припухшее лицо, смотря лишь на брата, которого сразу отыскала в толпе, - Я закончила с ней. Немного выяснила о нашем вороне, - я не решалась называть его по имени. Все кто покинули этот мир были для меня уже вороньем, не иначе. Людьми они уже не были - спутники смерти.
Я невольно беру его за руку и переплетаю его пальцы со своими. Мне становится здесь страшно. Иррациональный страх, который пронизывает мое тело, вызвал только мною ощущаемую дрожь костей и мышц, и только я знаю, что в тот момент стала плакать, потому что слез на щеках не было, лишь ощущение оных. То ли я слишком много времени провела с горюющей, то ли ненароком подумала о том, как будет смотреть на меня мертвую он. Я знаю, что умру первой. И в очередной раз произносимый в моей голове голосом брата факт вынуждает меня сжать его пальцы в своих. Мне действительно очень беспокойно здесь, Ноа.

Отредактировано Рене Мерц (18.05.2014 01:37:51)

+3

4

Отпустив сестру и благодарно улыбнувшись ей на прощание, Ноа подумывал также уйти покурить, но его увлекло негромкое обсуждение старых знакомых, собравшихся в уголке своим тесным кружком и поприветствовавших присоединившегося к разговору Мерца легкими кивками. Удивительно, как много сплетен способны создать молодые умы, какие параллели провести и сделать совершенно безумные выводы. Вот и сейчас, вместо того, чтобы промолчать хотя бы из уважения к умершему, они обсуждали обстоятельства его смерти, припоминая даже те детали, которые по естественным причинам так и не рассказали полиции.
- Да что за бред, - фыркнул Ноа в ответ на очередную подробность из жизни мальчика. - От музыки не умирают, только если ты торчок и тебе почудилось в звуках что-то эдакое. А теперь простите...
   Прикасаться к чужим выдумкам сегодня было особенно мерзко, хотелось вымыть руки и лицо, оттереть с кожи тот налет сумрачного и тяжкого настроения, царящего в квартире. Они с Рене выполнили свою часть в ритуале прощания, теперь можно было уходить, и чем раньше - тем лучше. Искать сестру и не пришлось, она, как обещала, сама подошла к Ноа, и тот почувствовал себя немного лучше. Пружина, скручивающаяся внутри него и готовая распрямиться в едкие комментарии и шипение, ослабла; молодой человек свободной рукой обнял Рене и прижался губами к ее макушке - благодарность и поддержка одновременно. Она напряжена. Пора уходить.
- А я услышал только очередную порцию бреда, - хмыкнул Ноа, обходя сбившихся в кучку родственников погибшего и направляясь к двери. - Поразительно, как может работать людская фантазия. Ох, сегодня, кажется, просижу в ванной не меньше часа...
   С громким стуком захлопнулась тяжелая дверь квартиры, отрезая близнецов от негромкого гула и оставляя в тишине и прохладе серого коридора. Где-то на нижних этажах пару раз гавкнула собака, раздался уже знакомый грохот - Мерцы снова остались лишь в компании тихого шелеста поднимающегося лифта.
- Что именно тебе рассказали? - осторожно поинтересовался Ноа у сестры, в нетерпении еще раз нажав на кнопку вызова и тихо выматерившись, когда, ярко вспыхнув, во всем доме погас свет. Лифт заглох, так и не доехав до двенадцатого этажа. - Ну, прекрасно! Восхитительно. Предлагаю спуститься дедовским методом.
   В сумраке коридора Ноа не заметил, как перед ними на пожарную лестницу, глядя только перед собой и покачиваясь, словно в полусне, прошмыгнула еще одна фигура.

[AVA]http://sb.uploads.ru/IoLsS.jpg[/AVA]

+2

5

Я даже забыла о том, что хотела рассказать брату, о том, что ворон был чист как стекло, а накануне просил девушку о встрече. И девушка позже нашла в его вещах кольцо. А забыла обо всем этом я лишь потому, что в лице пробежавшего я едва узнала того, кто когда-то пускал слюни на ворона. Довольно обильно и трепетно, к слову. Помню его ненавидящий взгляд, прожигающий меня тогда, на танцполе, когда я была в объятиях воронья. Яркие голубые глаза, черные же волосы, и та самая тату, что я заметила сейчас - воробей на тыльной стороне руки, кончиками крыльев касающийся мизинца и большого пальца. Совершенно ничего не говоря я подобрала полы платья, до этого тщательно скрывавшего мою обувку, и пошла резкими шагами в сторону тени. Мне нужно с ним поговорить. Он из сталкеров, а их мания позволяет многое узнать.
Мои пальцы клещами сжимают предплечье тощего парня, и мне этого достаточно, потому что в таких ситуациях мне главное - уцепить жертву, а уж не дать ей выпутаться из моих сетей становится воистину легчайшей задачей. И вот сейчас, это пошатывающееся насчастное чмо стало выбиваться. Не повезло ему. Я почувствовала азарт. Из-за того, что знала - в нем есть сведения. Из-за того, что мое напряжение должно было выплеснуться в деятельность, и коль холста рядом нет - я выясню, что случилось с вороном, который столь любовно выстраивал жизнь.
Находясь примерно в одинаковой весовой категории мне было легко его сконтролировать. Я и больших противников зажимала. По правде говоря, про брата я забыла напрочь. А ведь именно его рука прижимает чужое запястье к стене. Из него выпал нож, помню, звук был металлических. Складушка, небось, но не столь важно. Под пальцами бьется пульс. Дааа... Рене, ты расслабилась, слишком.
- Его надо привести в чувство. И мы его заберем, хорошо, брат? Он знает, что случилось, - я повернула лицо к брату слегка, не отводя взгляд от глаз разистерившегося парня. Он перестал вырываться, зато теперь трясется как осиновый лист. Что же ты видел, малыш, что каждый шорох пугает тебя мыслью о расправе... И тут я понимаю, что мой запал потихоньку сникает. Не настолько, чтобы выпустить из пальцев чужое горло, но в достаточной мере, чтобы спросить у брата, - слушай... А нам нужно знать о том, что случилось?.. - и тут я действительно отвела взгляд от парнишки, перевела его на пальцы брата, после на его лицо, разглядывая. Тот парень был новеньким в нашей общине, и его кончина не требовала обязательной мести. Тут парень видимо почувствовав слегка ослабшую хватку на шее, решил погеройствовать. Его пальцы противно скребнули по коже моего предплечья, грозя оставить царапины. Неуравновешенный бешеный зверек. Сталкеры, собственно, всегда такие, когда их жертва покидает навеки. Психологическая травма, вызванная утратой, лечится только терапией, самокопанием, изоляцией от общества, потому что любой агрессивно настроенный чужак для этих созданий принимает образ виновника смерти. Для того, чтобы вытянуть из него правду, понадобится водка. Может сгодится и травка, конечно, но водка надежнее.
Шипение вырвалось сквозь мои сжатые зубы. Его жест был опасен синяками на руках, возможным снижением их работоспособности, а для меня это сродни смерти. Отчего мой ответ на его выпад был несколько более агрессивным, чем требовалось - чуть сжала в пальцах чужую шею, приготовилась было приложить его вновь:
- Хочешь - убей меня, но я уже нашел способ объявить о настоящих причинах его смерти, - выгнула бровь, хмыкнула, и откровенно рассмеялась. Клокочуще, низко, от гула еще более зловеще наверное, а этот малый надулся, нахохлился как воробей, - Ч-чего смешного?..
- Да то, что не будь ты психом, я бы не вылавливала тебя так дико. Мы не хотим тебя убивать, - посмотрела на Ноа, взглядом прося его подтвердить мои слова. Я не могла сдержать ухмылки, потому как окажись я на его месте, и будь мне предложено решить, убивать обидчика или нет, мой ответ был бы весьма однозначен.

+1

6

Ноа сначала даже не понял, что именно произошло. Всего секунду назад они с Рене готовились осторожно спускаться по бетонной лестнице, а теперь сестра уже прижимает к стене какого-то незадачливого мальчишку. И, что самое странное, это же делает и сам Ноа! Как в тумане он припоминал тусклый блеск в руке паренька, помнил свой испуг за Рене и глухую ярость: никто не смел вредить ей, никто и никогда! За одну попытку приблизиться к близнецам этого выскочку следовало проучить, и плевать, знает он что-нибудь или нет.
- Смотри не придуши его раньше срока, - Фыркнул Ноа, брезгливо всматриваясь в лицо юноши и едва сдерживая порыв также, по примеру близняшки, причинить ему боль. - Хотя видит бог, я был бы весьма не против... Эй ты! Что же такого особенного ты хотел высказать таким... оригинальным образом? А, черт бы с ним. Пошли, Рене.
   Мерцы и не собирались выпускать своего незадачливого пленника, но следовало хотя бы вытащить его на улицу - в коридоре любой шорох отражался от голых стен, разлетался в стороны и усиливался. Даже сейчас истеричное хихиканье паренька грозило вылиться в водопад громких звуков, потревожить особенно бдительных жильцов - и тогда проблемы начались бы уже у близнецов. Потому Ноа, поудобнее скрутив руку юноши, подтолкнул его вперед, на лестницу. Единственное, чего не учел Потомок, так это невероятной человеческой юркости и коварства: стоило пареньку почуять запах свободы, как тот взбрыкнул, лягнул Ноа в колено и, не дожидаясь, пока Мерцы очухаются от такой наглости, рванул наверх, к пожарному выходу на крышу.
- Ах с-сучонок! - Только подвернувшийся под руку поручень спас Ноа от позорного и весьма болезненного падения с лестницы. Колено, которым он умудрился еще и крепко приложиться о ступеньку, вспыхнуло болью, пришлось Потомку собрать всю свою волю в кулак, чтобы хоть на какое-то время отодвинуть неприятные ощущения подальше. Поморщившись, он полыхнул изменившимися на мгновение глазами в сторону беглеца.
- За ним!

Ноа не стал задумываться, зачем они преследуют мальчика. Тот пытался напасть на Рене, заикнулся о какой-то тайне... Да и простое желание ответить ударом на удар - все было важно, именно поэтому Мерц не поворачивал назад. Холодный ветер из распахнутой двери тут же залез за воротник, кусая теплую кожу, слишком яркий свет после сумрачного подъезда резанул по глазам, заставив прищуриться и проморгаться. Ноа ждал следующего нелепого шага юноши, ждал еще одного нападения, но его не последовало. Вместо этого они с Рене могли наблюдать, как их недавний спутник, неловко балансируя, стоит на самом краю плоской крыши.
- Да что тут творится-то?! - изумленно прошептал Ноа, останавливаясь и предупредительно выставляя вперед ладони. Не хватало только, чтобы этот псих сиганул вниз, решив, что у близнецов есть какое-то оружие.

Отредактировано Ноа Мерц (18.08.2014 04:37:32)

0

7

Излишнюю жесткость можно было списать на нервы. Рене тяжело переносила похороны, к тому же подружка покойного парня выпила из нее слишком много энергии за то время, пока Мерц ее успокаивала. Альтруизм — дело благородное, но далеко не всегда.
  Рене не знала, что ей хотелось больше: разрядить свой испуг и свое раздражение на этом глупом воробье или же последовать совету Ноа и оставить его в покое. Второе оказалось более разумным, к тому же брат явно не собирался его отпускать.
  Рене медленно выдохнула, беря себя в руки, и последовала за близнецом, оставаясь чуть позади, потому что проход был довольно узким. Глаза уже адаптировались к полумраку и лестница больше не казалась труднопреодолимым препятствием. Только... Только воробей решил поскакать.
  Люди, загнанные в угол, непредсказуемы. Близнецы не ожидали, что парень начнет как-то выкручиваться и пытаться сбежать, Рене казалось логичным, что они показали ему, что это бесполезно. У Мерц хваткие пальцы, и брат с сестрой никогда не отпустят то, за что решили зацепиться. Если бы не слова этого человека о том, что он что-то знает, что он в курсе, как обстояли дела на самом деле, его бы никто и не трогал. Припугнули бы немного, чтобы не смел зарываться, и отпустили бы. Парень сам подписал себе приговор на проведение ближайшего часа в обществе Рене и Ноа. Но у воробья, кажется, были другие планы.
  Парень с силой лягнул Ноа в коленку, отчего тот невольно выпустил его и начал крениться. Все, что успела сделать Рене — это податься вперед, подхватить брата за руку, инстинктивно потянуть на себя, чтобы тот не упал. Рене была сильной. Но не настолько. Она сама чуть не завалилась вместе с братом, но вовремя отпустила его, а Ноа, пожалуй, спасло только то, что под рукой оказался поручень.
— Сука,  — прошипела Рене и, следуя команде близнеца, рванула наверх.
  Длинное платье мешало. Рене готова была проклясть тот момент, когда решила в него вырядиться. Она наступила на подол, чуть не грохнулась, но удержала равновесие и, подхватив юбку, погналась за воробьем. Где-то на задворках проскочила мысль, что хорошо, что она надела балетки, а не туфли на каблуках, иначе сейчас ей пришлось бы особенно туго.
  Они слышали металлический и жалобный звук распахнутой двери, которая от инерции врезалась в стену. Они почувствовали холодный ветер, от которого у девушки пошла гусиная кожа. Их на секунду ослепил яркий свет, а когда эффект прошел, они увидели, что воробей стоит на краю крыши, опасно балансируя над пропастью.
  От быстрого бега Мерц запыхалась, дышала глубоко и быстро. Глаза ее расширились от открывшейся картины. Она никак не прокомментировала риторический вопрос Ноа, лишь так же выставила перед собой руки, говоря тем самым, что они не опасны. Настроение моментально изменилось и голос, когда она заговорила, был скорее ласковым и, пожалуй, немного заискивающим.
— Воу, эй, малыш, ты чего? — она сделала очень плавный, но маленький шаг вперед. — Мы же пошутили. Спускайся, мы не причиним тебе вреда.
  Она улыбнулась, показывая, что говорит правду. Не хватало еще, чтобы этот идиот сиганул вниз. Рене не хотела, чтобы эта смерть повисла на них, точно тяжкий груз, от которого еще долго они не смогут отделаться. К черту информацию, к черту месть. Просто спускайся. Спускайся, черт побери!

Отредактировано Рене Мерц (16.08.2014 00:15:01)

+1

8

Паренек, отыскав шаткое равновесие на невысоком бортике крыши, наконец-то оторвал взгляд от мутной асфальтовой бездны и мучительно-медленно повернулся к своим преследователям. На лице паренька читались мука и страх, он словно боролся с чем-то внутри себя, но проигрывал своему неизвестному и невидимому противнику.
   Ноа предупредительно выставил руку, то ли защищая Рене от возможного нападения, то ли преграждая путь самой девушке, не давая той броситься к юнцу. Кажется, в таких ситуациях следовало разговорить потенциальную жертву, не совершать резких движений. Или нет? Что вообще требуется сделать?! Предчувствие беды холодной рукой сжимало внутренности, оно же не позволяло сделать шаг вперед - ноги словно свинцом налились. Кинув быстрый взгляд на сестру, Ноа схватил ее ладонь своею. Руки у Потомка были ледяными.

- Крис? Ты же Крис, да? Пожалуйста, слез...
- Вы не слышите! - Разочарованием в голосе побледневшего Криса можно было утопить целое ведро котят. Он с жалостью смотрел на своих "спасителей" и уже, похоже, не волновался о том, что от встречи с асфальтом его отделяет каких-то полшага и короткое свободное падение. Он сделал шаг в сторону, пошатнулся, заставив Ноа нервно дернуться на месте, но удержал равновесие.
- Музыка! Она везде, всюду! И он ее тоже слышал, мы оба слышали... Но Маркус ушел раньше. Почему его позвали раньше?! Почему не меня?!
   Парень почти что кричал, с лица сошла вся кровь, под глазами еще ярче проступили синяки - последствие бессонных ночей. Мерц сделал пару шагов вперед, но снова вынужден был замереть под предупреждающим шипением со стороны Криса. Очень хотелось отослать Рене, не стоило ей видеть того, что, возможно, здесь произойдет. Но было уже слишком поздно.
- Наша песня - это гимн! И вы услышите ее, и вы тоже пойдете за ней. Мелодия приведет вас, вас обоих, к лучшей жизни. Я...
   Он не успел договорить. Порыв ветра толкнул парнишку, тот нелепо взмахнул руками, снова развернувшись лицом к улице и, подождав мгновение, шагнул вперед.

Ноа обнаружил себя на краю, судорожно хватающим воздух рукой и рискующим свалиться вслед за Крисом. Внизу, на подернутом тонкой туманной дымкой асфальте, искореженной куклой лежало тело, вокруг него уже начинало расплываться темное пятно крови, кто-то кричал... Ноа отшатнулся назад и нервно провел ладонью по лицу. Его руки дрожали, да и самого Ноа ощутимо потряхивало от пережитого.
- Рене... Не смотри, пожалуйста. - Кое-как ему удалось сфокусироваться на сестре, снова взять ее за руку, потянуть обратно, на выход с этой чертовой крыши. - Надо убираться отсюда. Домой...

+1

9

Где же я это видела, где?
Парусник страшный в своей красоте.

   В одно мгновение все стало каким-то слишком преувеличенным, точно она смотрела плохой фильм, и какой-то умник увеличил резкость картинки, очистил и сделал громче звук.
   Рене показалось, что окружающие цвета стали неестественно яркими, звуки слишком четкими и ощущения слишком острыми, слишком холодными. Холодными? Ах, да, Ноа — а она и не заметила, как он схватил ее за руку.
   Не смотри, милый, не надо. Это дурной фильм, это не наша сцена. Мерц многое отдала бы за то, чтобы оказаться сейчас в другом месте.
   Чувство обреченности сдавило грудную клетку и мешало дышать, холодило конечности. Художница уже заранее знала, чем закончится этот танец на краю крыши. Это было предначертано. Братик, ты тоже видишь эти крылья за его спиной? Крылья той, которую обычно изображают в плаще и с косой.

   Белое, точно полотно, лицо, грязного сиреневого цвета мешки под глазами. Он болен, он одержим. Его жизнь уже ничего не стоит, и они не успеют подбежать, чтобы схватить его за руку или за что-то, лишь бы не упал.
   Приходит понимание, что если бы Рене его не тронула, он ушел бы из жизни тихо, совсем тихо, и близнецы, возможно, об этом даже бы не узнали, но Мерц захотелось поиграть... во что? Девушка и сама не знала. Она хотела снять напряжение. Сняла, ага. Трижды. А Ноа напряжен, он готов сорваться. Время ползет на удивление медленно и при этом бежит так, точно хочет выиграть марафон. Художницу начинает мелко трясти.

   Никогда бы не подумала, что это будет выглядеть, как в дурацких мультиках от «Warner Bros.», но это было именно так. Дуновение ветра, смещение центра тяжести, секундная пауза и полет. Точно со стороны она видит их выкатывающиеся от ужаса глаза, видит как она сама делает движение вперед и падает, запутавшись в треклятой юбке. Рука близнеца выскальзывает из ее руки, он стремится к крыше, в тщетной попытке спасти воробья, но он не спасет его — лишь сам полетит за ним. Кажется она выкрикнула что-то типа «НЕТ!» или «НОА!», а, может, и вовсе промолчала, но боль от соприкосновения с поверхностью крыши отрезвила.
   Плевать на ссадины, на ободранные и грязные ладони и локти — Рене вскакивает, несется к брату, к единственному родному и любимому существу во всем этом Богом проклятом мире. Она не может потерять его, только не его, только не так.
   Рывок на себя, а у самой почти истерика. Нет, она не ревет, ничего подобного, - для этого она слишком под впечатлением, - но скоро, и Мерц это знает, когда ее начнет отпускать...
   Девушка не стала смотреть вниз, чтобы увидеть то, что осталось от человека, так вероломно решившего прийти к Богу без приглашения. Она хотела обнять брата, почувствовать, что он живой, что он дышит, и все такой же теплый. Но Ноа прав — надо убираться отсюда. Она сделает это позже. Нет, не она — он, когда до нее дойдет все, что только что произошло. И ему придется отвлечься от своих печалей и потрясений, потому что нужно успокоить Рене. Ему будет жизненно необходимо успокоить свою сестренку, заставить ее забыть, ну или хотя бы просто забыться. А пока, да, они уйдут с этой крыши. Они никому ничего не скажут. Пока не скажут.

Отредактировано Рене Мерц (14.09.2014 04:19:00)

+1


Вы здесь » Практическое Демоноводство » Архив эпизодов » 15.03.2013 Отзвуки музыки


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC