Практическое Демоноводство

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Практическое Демоноводство » Архив эпизодов » 03.04.13 Волшебная змея Бонкура (заморожен)


03.04.13 Волшебная змея Бонкура (заморожен)

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

Время и место:
Женевский Университет. После обеда.

Участники:
Антони Эйлер и Кэтрин Галлахер.

Краткое описание эпизода:
По легенде, в горах кантона Юра обитала волшебница, хранившая важный артефакт. Вот только только все ниточки к артефакту ведут в Женеву, что Кэтрин, работавшей с Женевским Домом ранее, только на руку.
И до того, как идти в Дом и сообщать о цели своего визита, Кэтрин решает отправиться к знакомому искусствоведу.

Предупреждения:
Нет.

0

2

Кейт порядком утомилась и выглядела измотанной. В этом она убедилась, когда несколько раз глянула в зеркала, пока тряслась в поезде, но так и не придумала, что можно сделать со своим внешним видом. Чемодан с вещами остался в аэропорту, там же лежали маски и крема, которые хоть как-то могли помочь положению.
Сама же Кейт, с минимумом косметики и бутылкой воды, грозившая того и гляди кончится, подъезжала к женевскому вокзалу и кляла Дом всеми выражениями, которые только приходили ей в голову.
Сначала ее направили в горы. Скакать по Альпам с сумкой на колесиках было бы в высшей степени глупым занятием, оставлять вещи в местном Доме не хотелось, поэтому Кейт тащилась налегке.
Собственно, так она, повесив на плечо небольшую спортивную сумку, и поехала к Женеву, когда все опрошенные местные жители указывали то на Этобон, то махали в сторону так называемого Миландра, а то и вовсе округляли глаза и смеялись. Кейт понятия не имела, что ищет, поэтому даже не могла толково сформулировать вопрос, а потом вдруг успокоилась — и отправилась на вокзал.
По мнению Кейт, Женевский Дом был самым осведомленным в вопросах происходящего в Швейцарии, тогда как остальные только перекладывали с места на место бумажки. Если уж пытаться дергать за нитки, то только там.

Поезд остановился, и Кейт вышла на перрон в числе первых, огляделась. В прошлый раз она прибыла в Женеву на самолете и теперь, стоя столбом и давая толпе спокойно обходить ее стороной, понятия не имела, куда двигаться дальше. У Кейт была карта, на которой она отметила все дома, но для этого нужно было зарядить телефон.
Она порылась в сумке, достала мобильник и глянула на дисплей. Разумеется, всего три процента.
Кейт уже давно была в тех отношениях с собственным Домом, когда могла позволить себе отправить начальнику сообщение "Я в Женеве" и на том успокоиться. Ответа она не дождалась, пожала плечами и пошла к выходу в город.
Будучи человеком, привыкшим путешествовать и не всегда успевающим поймать на карту деньги, пересылаемые Домом, Кейт собиралась забраться в автобус, но вовремя одумалась: опрашивать остальных пассажиров и постоянно дергаться, чтобы наверняка выйти у университета, ужасно не хотелось. К тому же, попробуй узнай нужный маршрут! Ну уж нет, она и без того ужасно устала и мечтала скорее о подушке с одеялом, чем о продолжении приключений.
Впрочем, эти самые приключения ее не спрашивали и были, что ужасно, работой.
Кейт поймала такси, задала маршрут, забралась на заднее сидение и тут же раскрыла сумочку — не спортивную, в которую на всякий случай затолкала спальник, компас, палатку, жидкость для розжига, спички и еще немного мелочей, необходимых для длительных пеших прогулок по откровенно безлюдной местности, а обычную дамскую. Быстрыми движениями она поправила прическу, кое-как исправила некое подобие макияжа, придирчиво оглядела себя и вздохнула.
Нет, все-таки выглядела она сегодня не очень.
Расстроившись, Кейт прислонилась щекой к стеклу, быстро глянув на водителя. Мужчина на нее не смотрел, поэтому, наверное, и не стал протестовать, хотя гораздо проще просто помыть стекла, чем ссориться с каждым вторым из-за неаккуратного обращения с салоном.
Ехали они быстро, и уже через двадцать минут автомобиль остановился на университетской парковке. Водитель помог вытащить спортивную сумку, которую Кейт лихо закинула в багажник самостоятельно, когда садилась, округлил глаза и промолчал. Конечно, не каждый раз встретишь юную даму, таскающую за собой сумку, весящую не меньше пяти килограммов. Кейт, решив быть такой же вежливо рассеянной, как водитель, сделал вид, что не заметила изумления, и просто поблагодарила.

— Как нет профессора Вайне? — спросила Кейт и нахмурилась. Сумка оттягивала плечо, но ставить ее на мол не хотелось: наверняка что-нибудь громыхнет, потом еще объясняй, красней за свою неловкость...
Женщина — кажется, какой-то профессор, — пожала плечами. Кейт оглядела ее с ног до головы, отмечая про себя, что на ней надеты ужасно стоптанные туфли, которые давно пора было бы сменить на что-то более приемлемое, вздохнула. В университет она ехала исключительно для того, чтобы побеседовать с Вайне. Этот мужчина, пусть и пожилой, однажды заезжал в Глазго, пока Кейт там училась, и рассказывал много всего интересного про искусство, традиции и легенды Швейцарии, а тут оказалось, что он отсутствовал на кафедре.
— А где?.. — начала Кейт, но женщина, только что стоявшая напротив, вдруг быстро отодвинула Кейт в сторону, заохала, ударившись о сумку рукой, и помчалась к выходу. — Оу. Отлично.
Она торчала на кафедре искусства, чувствуя себя абсолютной дурой, раздражаясь и все сильнее сожалея о том, что не направилась сначала в Дом: там хотя бы можно было бы отдохнуть. А здесь что? Только столы, мужчина, немногим старше нее, листавший папку, книжные стеллажи и единственный на всю кафедру компьютер, выглядевший даже несколько тоскливо в этом запыленном царстве.
— Если вы мне поведаете, что с профессором Вайне, я буду вам невероятно благодарна, — сказала Кейт, обратившись к мужчине, наконец-то поставила на пол сумку, не озаботившись тем, чтобы она не попала какому-нибудь случайному студенту или преподавателю под ноги, — и даже, пожалуй, желая именно этого, — шагнула вперед и протянула руку вперед. — Я Кэтрин Галлахер, его старая знакомая. Я надеялась его встретить здесь, даже сообщила неделю назад, что, наверное, заеду...
Кейт слегка закусила губу, улыбнулась и пожала плечами.

+1

3

С рождения и до смерти человек окружен огромным количеством невероятных, волшебных историй. Сначала – это сказки, затем – мифы, легенды и предания, а иногда даже – слухи и сплетни. Они органично вплетаются в нашу жизнь и неотступно следуют даже за самыми рьяными скептиками.
Антони сказки любил, верил в них и порой даже так увлекался той или иной историей, что пытался разузнать о ней как можно больше. Исторические документы, гравюры, зарисовки  - в ход шло все, что могло подтвердить или опровергнуть его мысли.  Хотя Эйлер вряд ли мог назваться профессионалом в данной области, но около полусотни сборников различных легенд и преданий с разных концов земли в его коллекции было. Ну, а как же иначе? Сказки – это жутко интересно!

Середина недели выдалась на удивление спокойной. Студенты вели себя почти прилично, а преподаватели не пытались нагрузить юного коллегу дополнительной работой. Кроме, конечно, профессора Вайне, который в очередной раз укатил в Германию продолжать лечение, свалив на плечи Эйлера еще с десяток дополнительных академических часов.  Антони, не сказать, чтобы сильно расстроился – замещать  Вайне ему приходилось не в первый раз.
Выдалось несколько свободных часов между лекциями, которые можно было потратить на что-нибудь приятное и жизнеутверждающее, но юный профессор был вынужден коротать их на кафедре. Занятие, к слову, не самое приятное.
Кафедра в представлении Эйлера всегда оставалась таким серым, унылым помещением, загроможденным книжками, какими-то гипсовыми бюстами, эскизами, грудами непонятных листов; а главное  - "чудесными" профессорами. Антони относился к ним с положенным почтением и уважением, но это не отнимало того факта, что каждый раз, когда он оказывался в их окружении, его одолевало чувство ужасной неловкости и дискомфорта.
Вот и сейчас юноша пытался максимально абстрагироваться от того, что происходит вокруг. Заварив большую чашку крепкого молотого кофе, он устроился в дальнем конце кабинета, сосредоточив все свое внимание на изучении творческих папок студентов. Он, пожалуй, так бы и просидел за этим занятием ближайшие несколько часов, но его отвлек внезапный шум.
Подняв голову Эйлер, обнаружил в нескольких метрах от себя довольно приятную на вид девушку с слишком большой спортивной сумкой, которая что-то тщетно пыталась выяснить у профессора Лэрсон. Женщина явно была не в настроении что-то объяснять незнакомке, да и к тому же, кажется, очень спешила, поэтому ответив какими-то неразборчивыми для Эйлера фразами, она удалилась вон. Девушка обреченно выдохнула и обратилась к нему.
Юноша привстал навстречу Кэтрин и аккуратно пожал протянутую руку.
- Антони Эйлер, приятно познакомиться, - проговорил он, всматриваясь в лицо собеседницы.
Только сейчас он заметил, насколько измотана была девушка. Она явно проделал долгий и тяжелый путь, чтобы попасть сюда и увидеться с Вайне.
- Боюсь, мне придется вас огорчить, но профессора временно нет в Женеве, - сдержано проговорил он. – И появится он в лучшем случае в конце лета.
Эйлер обошел стол, за которым несколько минут назад сидел, направился в противоположную сторону и, захватив у стенки деревянный стул, поставил его возле Кэтрин. Достав из стеклянного шкафа прозрачный стакан, юноша налил в него воду из куллера.
- Присаживайтесь, вы, кажется, устали, - он кивком головы указал на стул и протянул Кэтрин стакан с водой.
Новости о том, что Вайне не будет еще достаточно долгое время, огорчили девушку: Антони заметил это по слегка нахмуренным бровям и тени разочарования, пробежавшей по лицу девушки.
- Может, я могу вам чем-то помочь? – спросил юноша, возвращаясь на свое место. – В отсутствие профессора я временно исполняю некоторые его обязанности.

+1

4

Кейт нахмурилась, еле сдержавшись, чтобы не выругаться. Вместо этого она медленно опустилась на стул, машинально провела ладонями по бедрам, будто разглаживая юбку, и только позже поняла, что одета в штаны.
Вот чего она не ожидала, так это того, что организм может совершить с ней такую штуку.
Чуть меньше она не ожидала, что профессора Вайне не окажется на месте.
— До конца лета я ждать не смогу, — покачала головой Кейт.
Она, конечно, смогла бы ждать хоть до зимы, ее "командировки" не регламентировались. Главное — присылать время от времени отчеты о том, как продвигается работа. Только сама Кейт абсолютно не хотела торчать в Швейцарии: там, в далекой зеленой Ирландии, ее ждал Итан, каждый день писал огромные сообщения на почту, присылал фотографии и изредка звонил, а Кейт, хоть и не скучала так остро, как бы наверняка тосковала, случись ей редко уезжать из дома, все равно испытывала необходимость находиться рядом с ним. И если отсутствие какого-то профессора обещало перенести встречу с мужем на неопределенный срок... да не бывать такому!
Кейт взяла стакан воды и осушила его в два глотка. Она никак не могла научиться пить медленно, подобный инстинкт срабатывал у нее исключительно в пустыне и в джунглях, в остальных же широтах Кейт пила жадно, будто в первый и последний раз. Стакан она тут же поставила на ближайший стол, озаботившись, чтобы он не угодил на какую-нибудь бумажку. По ее мнению, разумеется, ни одна бумага из всех университетов и выеденного яйца не стоила, но ведь у преподавателей были иные точки зрения.
Взгляд Кейт остановился на Эйлере: она разглядывала его, оценивала так, как только может оценить женщина мужчину, умудрилась осмотреть  ног до головы, а затем дружелюбно улыбнулась.
— Возможно, — ответила она уклончиво и даже плечом повела — шансы действительно были, но такие ничтожно малые, что даже не были достойны никакой особой пометки.
Кейт резво поднялась со стула, дошла до сумки. Первой мыслью, конечно, было попросить Эйлера сходить за вещами, но ее пришлось отбросить в сторону. Кейт все еще была усталой и абсолютно не желала отвечать на десяток лишних вопросов, потому что, в конце концов, невероятно сложно в двух словах рассказать обычному человеку, зачем девушке ее лет палатка!
Достав из бокового кармана тонкую брошюрку с вложенным между страницами листом бумаги, Кейт вернулась на свое место.
— Взгляните, — она раскрыла книгу на одном из разворотов, который легко находила по загнутым углам страниц. Весь текст был исчеркан, что-то было выделено, что-то подчеркнуто разноцветными маркерами, у одного из абзацев на полях стоял жирный восклицательный знак, нарисованный алой помадой. — Меня интересует одна легенда, вот эта.
Кейт наугад ткнула пальцем, потом посмотрела, увидела, что промазала, и исправилась. Аккуратный ноготь, накрашенный бледно-коричневым лаком, указывал на словосочетание "корона с красным камнем". Эйлер, разумеется, захотел рассмотреть статью поближе, и Кейт отдала ему книгу, забрав лист.
— Это личное, — отговорилась она, закинула ногу на ногу и подождала, пока статью прочтут. В руке она вертела карту местности, которую сама же и нарисовала, такую же исчерканную, как и найденная легенда, если не хуже. Конечно, Кейт могла бы отмечать все и на собственной карте, но там она предпочитала указывать исключительно места, в которых есть или, наоборот, нет артефакта, хотя он должен быть. На собственном творении можно было нарисовать даже ориентиры.
Иногда, когда было совсем туго, случалось даже писать ругательства.
Сейчас, например, сверху на листе, прямо над картой, очень старательно карандашом было выведено FUCK — любовно даже, с чувством и завитушками, почти каллиграфически.
— Мне хотелось бы послушать ваше мнение о предполагаемом расположении владений Арии. Я понимаю, что это легенда, но, как нам всем известно, легенды частично строятся на фактах... — Кейт завела прядь волос за ухо, облизала губы, хлопнула глазами и улыбнулась еще раз: перед ней был мужчина, и она отчаянно флиртовала, чтобы добиться своего. Никакая усталость не могла вытравить из нее этой привычки.

+1

5

В голосе Кэтрин юноша услышал нотки скепсиса, но это его ни капли не обидело. Он уже привык, что к нему, молодому преподавателю, все относились слегка пренебрежительно. Мало того, что весь его внешний вид не вызывал доверия (преподаватель же должен быть седым в очках и в пиджаке со вставками на рукавах), так еще и его методы преподавания ни раз обсуждались на педсоветах. Да, он не любил старую заезженную вдоль и поперек систему обучения, когда профессора читали лекции по плану и изредка отвечали на вопросы студентов. Для него преподавание было игрой, в которой принимали участие главным образом ученики. Он же выступал в роли как бы Учителя, мирового судьи, который направлял и корректировал движение студентов. Несмотря на то, что многим из преподавательского состава это не нравилось, ученики были в восторге. А это для Эйлера было главным.
Вайне, насколько был осведомлен Антони, мог бы носить в Женеве титул "главного по сказкам", но такого, к сожалению или к счастью, еще не придумали, поэтому заслуженному преподавателю оставалось только читать лекции по легендам и приданиям Швейцарии, периодически выезжать куда-нибудь за рубеж все с теме же лекциями да издавать книги по аналогичной тематике. В общем, в среде искусствоведов он занимал довольно почетное место, пользовался заслуженным уважением и, в отличие от того же Эйлера, зарабатывал достаточно, чтобы позволить себе лечиться в Германии и иметь домик в Цюрихе.
Антони не завидовал ему – это было не в его принципах, но никогда не отрицал, что Вайне – достойный пример для подражания.
Брошюра, которую достала девушка, была явно изучена Кэтрин вдоль и поперек. За такое обращение с печатными изданиями Эйлера когда-то на начальных парах его обучения пригрозили отправить гореть в аду, но его это ни капли не смутило. Он сам любил читать так, как ему удобно, выделяя нужное и помечая самое важное.
- Можно? – юноша забрал книгу из рук девушки и внимательно присмотрелся к напечатанному тексту. – Да, интересная легенда, - многозначно проговорил он.
История феи Арии была ему знакома – у Вайне целая лекция была посвящена этой удивительной легенде об одинокой прекрасной девушке и не очень добропорядочном юноше. Антони ее помнил, но на всякий случай, чтобы убедиться, что его познания в этой области не отличаются от написанного в брошюре, бегло прочел ее еще раз.
Да, все верно. Прекрасная фея Ария, обреченная злым роком влачить одинокое существования, охраняя подземные сокровища, имела право раз в сто лет появиться на вершине миландрской башни, в надежде привлечь к себе внимание молодого красавца. И однажды ей это удалось – она встретила бесстрашного юношу, которого не испугало ни второе обличие девушки (отвратительной жуткой змеи), ни то, что они могли видится очень редко.  Он заключил ее в объятья, признался в своей неземной любви. Ария же, объятая страстью пообещала ему рассказать день и час, когда он сможет завладеть всеми ее сокровищами. Было одно условие – юноша должен был ее навещать как можно чаще, чтобы девушка не усомнилась в его любви. Но, как это часто бывает в легендах, молодой человек оказался не так честен, как хотел, поэтому гулял направо и налево, встречался с другими девушками, думая, что Ария об этом не прознает. В итоге девушка осталась без возлюбленного, а юноша – без сокровищ.
Что же могло быть такого личного в этой сказке, чтобы девушка, как Кэтрин, отправилась в такой явно тяжелый и долгий путь.
- Личное, так личное, - пробормотал Эйлер, не отрываясь от чтения статьи.
Он не любил вмешиваться в дела незнакомых людей, но миссис Галлахер ему помочь хотелось. Хотя Антони и не слыл за рыцаря, но помогать таким милым и беззащитным девушкам было в порядке вещей.
- Я знаком с этой легендой, - закончив чтение, сказал Антони. – Она довольно, эм… типична для Швейцарии. Любят у нас всяких драконов и змей, - он выразительно посмотрел на девушку, пытаясь не обращать внимание на флирт с ее стороны.
Антони доверял своей интуиции. И сейчас он был почти на сто процентов уверен, что Кэтрин здесь совсем не за тем, чтобы послушать сказки.
- Насколько мне известно, владения Арии, или как ее называли в простонародье Генриетты, находились в кантоне Юра, город Банкур. Но вас, кажется, интересует совсем не местоположение башни. Или я ошибаюсь? – он отпил кофе и еще раз бегло посмотрел на текст придания.

+1

6

Кейт подождала, пока Эйлер прочтет легенду. Конечно, для него это было обыкновенной сказкой, но Кейт прекрасно знала, что все связанное с подобными вещами когда-то действительно происходило, хотя редко так, как бывало описано в книгах. В свое время она прочитала десятки преданий, истории о некоторых вещах ей удалось послушать из первых рук, сравнить и сделать собственные выводы: очень удобным было то, что ангелы и демоны жили гораздо дольше обычных людей.
Конечно, больше всего ей хотелось бы встретиться с тем, кто объяснит ей историю Стоунхенджа, но все Существа, жившие во времена его возведения, давным-давно рассыпались прахом.
Эйлер дочитал и сделал выводы. Кейт покивала — она тоже прекрасно знала, что история очень типична, абсолютно обыкновенна и ничем не отличается от большинства европейских легенд. Это касалось не только швейцарских: в каждой стране была хотя бы одна легенда, в которой рассказывалось о девушке, которая влюбилась и была предана.
И, как обычно, было у прекрасной девы много золота, но самым главным украшением было одно единственное, жуткое и прекрасное. Ничего особенного.
— В Банкуре я уже побывала, — сообщила Кейт и, не сдержавшись, поморщилась.
Она поднялась со стула, приподнялась на носочки, чтобы заглянуть в книгу, провела ногтем над словом "корона" во второй раз, указывая Эйлеру на конкретный предмет поисков.
— Меня интересует этот предмет, корона с красным камнем, предположительно рубином. О ней известно очень мало, самое главное — то, что она действительно существовала и, возможно, как раз обладала эффектом, дающим ее носителю способность обращаться в змею. Опять же, это исключительно предположения, но, как вы понимаете, все легенды были основаны на реальных событиях.
С профессором Вайне было бы гораздо проще. По крайней мере, этот мужчина не только серьезно подходил к делу, был готов предоставить всю нужную информацию по запросу от дома, но еще и сам являлся демоном, что облегчало диалог с ним. Конечно, Кейт было гораздо проще беседовать с обычным человеком и не бояться, что она может попасться под влияние, быть использована в качестве "батарейки" или что-то подобное, но всегда проще иметь дело с осведомленным человеком, чем пытаться изворачиваться и уходить от прямых упоминаний Дома.
Она продолжила, откинув с лица упавшие волосы:
— След этой короны затерялся в ее родном кантоне, единственное, что мне удалось узнать — это то, что она была вывезена оттуда много лет назад при изучении местности. Возможно, ее увезли археологи или обычные охотники за древностями, сказать об этом точно может быть так же сложно, как и то, где конкретно искать корону, — Кейт перевела дыхание, вернулась на стул, чинно свела вместе ноги, положила руки на колени. — От профессора Вайне мне требовалось проследить, насколько это возможно, след короны в Женеве, потому что у меня есть подозрения, что она находится именно здесь, но я не имею никаких доказательств. Вы сможете мне с этим помочь?

+1

7

Антони чувствовал возрастающее раздражение девушки. Кажется, она уже совсем потеряла веру в разумность собеседника и была готова вот-вот покинуть кабинет ни с чем. Так по крайней мере показалось Эйлеру. Он отогнал от себя эти мысли и попытался вспомнить, что он знал об этой легенде. Фея Ария, признаться, была не самым популярным персонажем Швейцарского мифотворчества, но вот о ее короне ходило, пожалуй, больше легенд, чем о ней самой.
Эйлера удивил тот факт, что о возможности старинного артефакта превращать людей в змей девушка говорила таким тоном, будто это была самая настоящая правда, а не вымысел. Уж чего-чего, а ни одно сокровище в мире, по убеждению юноши, на такое способно не было. Вроде, и не была Кэтрин похожа на восторженную девушку, которой срочно понадобилось обратить кого-то в склизкую змею. Но все же… Что-то здесь было точно не так.
- Кантон Юра, насколько вам известно, - заговорил юноша, внимательно следя за собеседницей, - довольно недолго входит в состав Швейцарии. До этого он был частью Франции, поэтому вполне вероятно, что корона была вывезена в Страсбург во время "Бургундских войн".
Историю кантона Эйлер помнил довольно смутно, поэтому не видел смысла распинаться перед Кэтрин, которая явно была осведомлена обо всем не хуже него. Единственное, в чем он был уверен, так это в том, что так как кантон Юра в составе Швейцарии чуть меньше полувека, то права на возвращение сокровища могли предъявить не так давно.
- Если эта теория верна, то в Женеве она могла оказаться только одним способом – ее выкупил один из наших коллекционеров. Правительство возвращением художественного наследия занимается крайне неохотно, - Антони отпил кофе и продолжил. – А хороший коллекционер при должной смекалке и финансовой состоятельности вполне мог позволить себе вернуть драгоценность на родину.
Такими способностями в Женеве обладало, насколько было известно Эйлеру, всего два коллекционера: Кристоф Болльманн и Франсуа Фурнье. Первый любил появляться на публике, демонстрируя свои приобретения, и не раз говорил, что главное, что он сделал, - "обнаружил вещи, которые считались у специалистов утраченными навсегда". Такие слова говорят сами за себя: найди Кристоф корону, он бы ее тут же выставил.
Фурнье же напротив был настоящей темной лошадкой. Вокруг него ходили какие-то немыслимые легенды, не уступающие по своему содержанию сказу о фее Арии. Кто-то даже в шутку называл его "главным демоном Женевы". Он был нелюдим, обладал скверным характером и общался только со своим помощником, давней знакомой Тони Хлоей, и еще несколькими приближенными. В общем, попасть к нему на прием было сложно, если не сказать, что практически невозможно.
Юноша в двух словах пересказал свои соображения Кэтрин, упустив момент с Хлоей.
- Не думаю, что вам удастся попасть к Фурнье на прием, - он с сочувствием посмотрел на Кэтрин.

+1

8

Кейт, возможно, раздражалась, но собиралась держаться до конца. Не в ее правилах было сворачивать на середине пути: возможно, она взяла бы временный отгул, сбегала бы отдохнуть, а потом вернулась сюда и продолжила опрос университетских кадров на предмет какого-нибудь случайного знатока нужной ей области литературы.
И, вроде, этот Эйлер подходил, но навряд ли он мог сказать что-то стоящее.
Кейт отвела взгляд в сторону, прикусила губу, тут же почувствовав во рту вкус помады, потом вновь посмотрела на собеседника. Сидеть тогда, когда он стоял, было морально неудобно, но она продолжала, заткнув подальше свое желание во всем быть равной тем, с кем ей приходилось разговаривать.
— Да, мне это известно, — подтвердила Кейт.
Пока она летела в Швейцарию, ей пришлось перерыть информацию о стране, поэтому Кейт больше привирала, чем действительно многое знала о месте, в котором находится. Но, на ее взгляд, поверхностной информации было вполне достаточно, ведь если бы ей пришлось действительно активно копаться в истории и географии, Кейт занялась бы этим непосредственно в Женеве, а не в Ирландии: гораздо проще узнавать что-то о месте, находясь в нем самом.
Вариант с вывозом короны за пределы страны она, конечно же, рассмотрела, но получалась одна несостыковка: артефакты, такие, как эта корона, всегда каким-то неведомым для обычных людей образом стремились вернуться на свою историческую родину и в итоге как раз возвращались. Многие реликвии из пирамид пришлось оставить в Египте из-за того, что, вывези их куда-то в другую страну, как тут же начнутся сыпаться еще большие проклятия, чем при извлечении этих артефактов.
Поэтому дальнейшая теория Эйлера заинтересовала Кейт. Она подалась чуть вперед, а потом и вовсе встала, начала ходить туда-сюда по кафедре, обходя столы и стулья. Один раз она нечаянно задела башню из папок, чудом поймала ее и выровняла.
— Фурнье... — протянула Кейт.
Конечно же, она не знала поименно всех Существ Ирландии, а что говорить о какой-то там Швейцарии. Кейт не запоминала даже деятелей, разве что в памяти оставались те, которыми она когда-либо интересовалась, поэтому фамилия Фурнье была ей неизвестна. Она знала всех британских коллекционеров, будь они людьми или кем бы то ни было еще, со многими общалась, устраивала им встречи с Домом. Насколько ей было известно, Дом следил за подобными людьми, а здесь...
Да, пожалуй, не стоило забывать, что в разных странах все работает несколько иначе.
— Я бы с вами не согласилась, — покачала головой Кейт, — на прием мне попасть удастся, но не известно, сколько до того момента пройдет времени, а мне бы хотелось разобраться со всем как можно скорее. Что вы еще можете мне о нем рассказать? Антони, мне нужно все, что вы знаете, дело действительно важное.
Если Фурнье был демоном, как о нем, по словам Эйлера, поговаривали, тогда Кейт попадала в очень неприятное положение: связываться с демонами она предпочитала непосредственно в Доме, а самой тащиться к нему и что-то вызнавать было страшно и опасно. Но, с другой стороны, она ведь не собиралась требовать возврата короны, ей просто нужно было обнаружить ее местоположение, ведь так?

+1

9

Кэтрин хотя и казалась Антони милой и беззащитной девушкой, явно была не так проста. Вся эта спешка, да и важность данного дела, которую девушка особенно подчеркнула, не могли не вызвать вопросов.
Эйлер, будь он более наивен и доверчив, мог бы без проблем дать миссис Галлахер номер Хлои, попрощаться с новой знакомой и отправиться по своим преподавательским делам. Но, во-первых, он не доверял Кэтрин настолько, чтобы разбрасываться номерами дорогих ему людей. Во-вторых, Тони не мог отрицать тот факт, что настойчивость девушки по отношению к данному делу его заинтересовала. Видимо, о короне он знал не все или были какие-то необнародованные факты, которые ему, как искусствоведу и любителю сказок, было бы интересно узнать. В любом случае юноша не мог оставить это без внимания.
- Это только мои догадки, - ровным голосом проговорил Антони. – Не факт, что я окажусь прав. Но в любом случае у вас пока что нет других зацепок, – скорее утвердительно, чем с вопросом проговорил он. - Я могу помочь вам, моя знакомая работает помощником у Фурье. Думаю, она сможет устроить вам встречу.  Но перед этим я хочу, чтобы вы мне рассказали, зачем вам так нужна эта корона. Не из-за простого же любопытства?  - он вопросительно приподнял брови и откинулся на спинку стула, сложив руки на животе.

Антони внимательно выслушал девушку и кивнул головой – история звучала довольно убедительно. Взяв с края стола телефон, он нашел в справочнике номер Хлои, сделал глубокий вдох и нажал на кнопку вызова.
Пока шли гудки, Эйлер пытался покорректней сформулировать свою просьбу. Хоть они и были с Хлоей в дружеских отношениях, но вот уже три месяца, как ни с его, ни с ее стороны предложений пообщаться не поступало, поэтому юноша испытывал небольшую неловкость.
- Тони! – раздался звонкий голос на том конце провода. – Ты куда пропал? Не звонишь, не пишешь… Совсем забыл про старых друзей?
- Каюсь, грешен, - Эйлер улыбнулся. – Слишком много работы. Еще и эти дипломники… Ты там как?
- Да, как… Ужасно, Тони, ужасно, - все так же бодро и весело продолжала Хлоя. – Эта работа, чтоб ее. Я скоро с ума сойду! Мне нужно нормальное человеческое общение, - заканючила девушка. – Тони-и-и, а Тони-и-и! Приезжай ко мне, а? Посидим, поболтаем, попьем вина…
- Да я бы с радостью, - слегка смутившись, проговорил Антони, прекрасно зная, чем обычно заканчиваются такие встречи.  – Но у меня к тебе есть очень важное дело.
- Зануда ты, - с легкой обидой проговорила девушка. – Ну ладно… что у тебя там за важные дела?
- Ты ведь еще у Фурнье работаешь, да?
- Да, все еще у "великого и ужасного", а что?
- Одной моей хорошей знакомой срочно нужно с ним увидеться. Она начинающий коллекционер, - начал придумывать на ходу Антони. – В общем, у нее есть вещь, на мой взгляд, крайне ценная. Она хотела бы показать ее Франсуа, чтобы узнать его мнение. Я знаю, что он не очень общительный, но…
- Эх, Эйлер, Эйлер! Это еще слабо сказано. Проще с президентом встретиться, - с усмешкой выдохнула она.
- Да, я в курсе. Но надеялся, что ты мне поможешь.
- Тебе или твоей таинственной незнакомке, а? Я ревную, Тони.
- Хлоя, ну, ты же знаешь, что мое сердце принадлежит тебе, - наиграно отшутился Антони.
- Сколько у тебя сердец, Тони? Не устал еще ими разбрасываться?
- Эй, ну, ты чего, душа моя? Ты причиняешь мне боль своими словами, - продолжил играть юноша, хотя от этой игры его уже порядком мутило.
- Ладно… так уж и быть, поверю.
- Ну, так ты нам поможешь? 
- Хорошо. Но с тебя ужин в дорогом ресторане и ночь в Логмэйле.
- Для тебя все что угодно, милая Хлоя.
- Ну, значит, слушай… Сегодня в десять Фурье устраивает закрытый званый ужин в Windows. Приглашены только избранные.
- Понятно.
- Я внесу тебя и твой "плюс один" в списки гостей. Там твоя дама сможет пообщаться с Фурнье, а я - с тобой. И попадет же мне из-за тебя, Тони!
- Не переживай, все будет по лучшему разряду!
- В тебе-то я уверена, а вот твоя протеже… Не знаю, не знаю.
- Она очень приличная девушка. Я тебе гарантирую.
- Поверю на слово, - на заднем фоне раздался чей-то взволнованный голос. – Ладно, Тони, мне пора бежать. Сегодня в десять в Windows. Не забудь.
- Спасибо.
- И да, дамы в платьях в пол, мужчины в смокингах. Все, чао, заяц, - девушка даже не дала Антони попрощаться и положила трубку.
Юноша устало выдохнул, повел плечами и перевел взгляд на Кэтрин.
- Дорого же мне обойдется эта встреча, - усмехнулся он, укоризненно глядя на Кэтрин. – Вам повезло. Сегодня в десять у Фурнье званый ужин. Мы тоже приглашены.

Отредактировано Антони Эйлер (19.09.2014 17:33:39)

+2

10

Разумеется, Кейт не верили на слово — более того, даже на то, как она активна хлопала глазами, не хотели вестись. В арабских странах подобные быстрые взгляды и взмахи ресниц работали гораздо лучше, а тут не спасала даже округлая и ярко выраженная "р": рычали в Женеве все без исключения, говоря преимущественно на французском. Ничем их не удивишь.
— Видите ли... — начала Кейт, вернулась на стул и замолчала, разглядывая свои колени и облизывая губу.
Каждый раз приходилось придумывать новые легенды, Кейт чудом не путалась в том, что болтала то одному, то другому. Особенно нелепым был рассказ о том, что цепочку, которая якобы была на шее Хранительницы Озера, на самом деле потеряла прабабушка Кейт, а ей подарила пра-пра-пра-много-пра-пра-бабушка, и теперь, когда семейная реликвия утеряна, приходится тратить силы на поиски.
Тогда было ужасно неловко, а сейчас — тьфу!
— Признаться честно, я отношусь к организации, которая занимается поиском древних реликвий, легендарных и, возможно, вовсе не существовавших на свете. Главная наша задача — это подтверждение того, что все легенды и предания имеют в своей основе больше правды, чем вымысла. Знаете эти постоянные поиски Святого Грааля? Можно сказать, что мы занимаемся тем же самым, только не замахиваемся настолько далеко. Святой Грааль, как и Ноев Ковчег, и Экскалибур, и некоторые другие реликвии, являются для нас той самой недостижимой задачей, а пока мы шагаем к ней, стараемся параллельно отыскать следы остальных легенд. Что-то вроде тайного ордена, только без всяких заветов и прочей ерунды, — Кейт усмехнулась.
Получалось складно и очень правдоподобно, даже не придерешься. По сути дела, она сказала больше правды, чем соврала: отдел артефактов действительно занимался поиском этих самых артефактов, всех разом и по всему миру, вот только не ради доказательства их существования, а чтобы спрятать подальше и уберечь людей от вреда. Но это уже мелочи.
Названия организации Эйлер не потребовал, и Кейт даже воодушевилась: не хотелось бы выдумывать что-нибудь особенное, а Тамплиеры, сволочи такие, забрали себе самое удачное название. В противном случае пришлось бы сказать "Дом", и тогда грань правды и лжи поколебалась бы, а Эйлер, возможно, влез бы в то, во что лезть не стоит даже под страхом смерти.
Нет, конечно, под страхом смерти стоит, но только так и никак иначе.
Эйлер взял телефон, нашел нужный контакт и начал договариваться. То ли у Кейт был хороший слух, то ли у телефона — динамик, но удавалось услышать добрую половину разговора. Кейт внимательно следила за его мимикой, подбадривающе улыбалась и мысленно поздравляла себя с маленькой победой.
О том, что придется наряжаться, Кейт услышала раньше, чем Эйлер озвучил ей то, что им придется побывать на званом ужине. Она прижала ладонь ко рту,а  потом порывисто подскочила со стула и обняла Эйлера.
— Спасибо, огромное вам спасибо! — затараторила Кейт. — Вы просто не представляете, как вы помогли мне!
Она отошла так же быстро, как подпрыгнула к Эйлеру, едва не светясь от счастья. Кейт вытащила телефон, глянула на время, посчитала оставшиеся часы, покивала, а затем из нее посыпался поток вопросов:
— Где именно он будет проходить? Мне вас подождать здесь, или мы встретимся позже? До скольки вы сегодня? Вам точно будет удобно идти туда вместе со мной? Вы же не против? А то я так навязываюсь, — Кейт не представляла, как на эту череду можно ответить, но некоторое время не могла замолчать. Она была бесконечно благодарна.

+1

11

Хуже званого ужина может быть только званый ужин в смокинге. Эйлер был в этом уверен больше, чем на сто процентов. Мало того, что придется провести добрую половину вечера и ночи в компании малознакомых напыщенных индюков и их дам, так еще и смокинг. При одной мысли об этом Антони невольно содрогнулся – не любил он всю эту показушность. Да и в смокинге он чувствовал себя цирковой обезьянкой, такой же нелепой, смешной и глупой. Для полноты образа его нужно было еще усадить на маленький трехколесный велосипед.
Несмотря на все это, Эйлер был готов пойти на такие жертвы. Уж очень его заинтересовала Кэтрин, точнее миссия, с которой та оказалась в Женеве. Юноша знал, что подобные организации существуют, но никогда не имел с ними ничего общего. Обычно ему приходилось общаться только по поводу реально существующих произведений искусства, а вот с сокровищами из сказок он имел дело впервые, и это ужасно его интриговало.
Радость, с которой Кэтрин восприняла новость, умилила Антони. Он улыбнулся и одной рукой слегка приобнял девушку в ответ.
- Рад, что смог вам помочь, - он вернул себе прежнюю серьезность. – Я с удовольствием проведу вечер в вашей компании.
Эйлер не лукавил. Девушка явно была интересней, чем та же Хлоя. По крайней мере, человек, работающий в подобной организации, может много чего рассказать о разных легендах и сказках. Где правда, а где вымысел, что им уже удалось найти – в общем, юноша собирался узнать как можно больше о данной организации и ее деятельности. Ведь это так интересно!
- Я освобожусь часа через четыре, - сообщил он миссис Галлахер. – Нас ждут в десять в ресторане Windows, что на набережной Мон-Блан. Дамы в платьях в пол, мужчины в смокингах. В общем, все очень чинно и по канону.
Как бы не хотелось Тони побыстрей отделаться от работы и перейти к поиску сказочной короны, работа есть работа. Никто за него лекции не отведет, студентов уму разуму не научит и творческие папки не проверит.
- Вам есть куда идти? – спросил Антони, глядя на огромный рюкзак девушки. – Пока я буду работать вы можете разместиться в отеле, отдохнуть. Или… - юноша запнулся. – Если вы в ближайшие дни собираетесь уезжать, то я могу вам предложить остановиться у меня. Не подумайте ничего такого, - Эйлер смутился. - Женева – дорогой город. Да и свободные места найти крайне затруднительно.
Тони редко кого приглашал к себе в гости, дома он обычно предпочитал находится в одиночестве. Ему так лучше думалось, да и вообще за столько лет он уже как-то ненароком привык, что кроме него в доме никого нет. Это была вынужденная мера. Пожалуй, если бы у Тони был любимый человек, точнее не так, если бы у него был человек, который бы ему отвечал взаимностью, то он вполне мог бы жить с ним под одной крышей, делить быт и постель.
Тони выслушал девушку.
- Хорошо. Вы можете пока оставить ваш рюкзак здесь. Я позвоню вам, как закончу. Запишите свой номер, - он протянул девушке телефон.
Пока Кэтрин забивала данные, Эйлер передвинул безразмерную сумку девушки за шкаф, чтобы она никому не мешала. Убрал со стола кружки и убрал творческие папки студентов в рюкзак.
- Прошу простить, мне нужно идти, - Антони посмотрел на часы. - До встречи, - он улыбнулся, закинул рюкзак за спину, взял со стола распечатки с картинами и ушел.

+1

12

Эйлер обнял ее в ответ, и Кейт радостно улыбнулась: она обожала, когда ее женские чары срабатывали. Притом ей не казалось использовать их абсолютно всегда, даже сейчас, в ситуации, когда она откровенно навязывалась практически абсолютно незнакомому человеку.
Хотя, собственно, не на друзей же и родственников их применять.
По правде сказать, Кейт не гнушалась использовать "тяжелую артиллерию" постоянно: она могла расплакаться, разговаривая с родителями, если они ни в какую не желали принимать ее точку зрения, сыграть берущую за душу сцену в кафе с подругами, а с Итаном иногда и вовсе не получалось нормально себя контролировать — пыталась, вроде, мужу и без того вечно доставалось, но не могла.
Здесь же флирта понадобилось всего ничего, а Эйлер уже готов был помогать Кейт, даже сопровождать ее на прием.
Но, разумеется, у него, как у человека занятого, было множество дел. Кейт достала телефон, глянула на время, сунула его в карман, тут же забыла, который час, и была вынуждена повторить процедуру. Платья в пол она, разумеется, не привезла: попросту не ожидала, что возможны такие события, в которых она должна будет выглядеть богемной красавицей, даже туфли захватила простенькие, руководствуясь соображениями удобства, а потом уже красоты. Чтобы пройти на прием, Кейт должна была в короткие сроки найти себе наряд, а это было весьма и весьма сложно.
Она прикусила губу, размышляя, как разумней всего было бы поступить.
— Мне есть, где жить, — оповестила она, — но у меня нет подходящей одежды, к тому же, я не знаю, как добираться до места, где мне предстоит остановиться. Более того, я бы не хотела забегать туда перед важным делом, потому что, боюсь, проторчу там до посинения. Поэтому я переночую у вас сегодня, с вашего позволения, а завтра отправлюсь в свой... отель. А пока вы будете вести пары, я подберу себе подходящий гардероб. Постараюсь не опоздать и прибыть сюда через четыре часа!
Кейт, ни минуты не сомневаясь, оставила сумку на кафедре, с собой захватив лишь дамскую сумку — которая, к слову, весила немногим меньше, чем дорожная, но хотя бы выглядела прилично.
То, что университет находился на центральной улице, было сущим везением. Стоило только выйти из ворот, как Кейт тут же попала на оживленную улицу, наполненную куда-то спешащими женевцами, звенящими колокольчиками на велосипедах, смеющимися и через одного болтающими по телефону. Расправив плечи, Кейт перешла через дорогу, вместе с шумной толпой пробралась в торговый центр и пошла, останавливаясь исключительно у тех магазинов, в которых практически не было людей.
Искать отдельные бутики не было времени, Кейт понятия не имела, что и где находится в Женеве, пока ни разу не пробегала по улицам. Приходилось ухищряться и искать в торговом центре места подороже и покачественней.
На примерку платья, подбор аксессуаров и обуви ушло три с половиной часа: Кейт подошла к делу очень тщательно, то и дело отвергала новые и новые варианты, измучилась так, что едва стояла на ногах, а обувь подбирала, сидя на мягком диванчике и указывая пальцем на ту пару, которую решила примерить. И, подумать только, обошла всего пять магазинов вечернего туалета!
На выходе из торгового центра Кейт захватила рожок мороженого и направилась обратно в университет. Конечно, не мешало бы поесть, но она сомневалась, что если сейчас сядет, сможет резво и быстро встать: ноги гудели, ужасно хотелось отдохнуть хотя бы час, но это, кажется, было невозможно до того момента, пока они не окажутся в доме у Эйлера.
Прошагав на нужную кафедру, Кейт все же уселась на стул, проигнорировав недовольный взгляд той самой женщины в стоптанных туфлях, и принялась тщательно разглядывать себя в маленькое карманное зеркало. Оказалось, что хоть она выглядела все такой же измотанной, но не более того, а это было уже хорошо.
Вошедшему Эйлеру Кейт очень светло улыбнулась и помахала рукой, будто не виделась с ним вечность.
— Как пары? — любезно осведомилась она, вставая при его приближении и закладывая руки за спиной.

+1

13

Работа доставляла Эйлеру непередаваемое удовольствие. В общении со студентами время летело незаметно. Порой это настолько увлекало его, что он не замечал ничего вокруг: приходил в себя, когда за окном стемнело, а все преподаватели уже давно разбрелись по домам. Иногда ему казалось, что, если бы не преподавательская деятельность, то он уже давно потерял смысл просыпаться по утрам.
Антони отчитал второкурсникам лекцию по Возрождению, провел спецсеминар по современному искусству и наскоро обсудил темы курсовых со студентами. Он был уверен, что прошло всего ничего. В очередной раз взглянув на часы, Тони обнаружил, что опаздывает. Поспешное бегство юного профессора слегка разочаровало студентов – пришлось потратить еще несколько минут на извинения и назначение дополнительного времени для всех страждущих.
Когда Эйлер наконец добрался до кафедры, Кэтрин уже ждала его.
- Отлично, - он улыбнулся. – Простите за задержку. А как вы провели время? Надеюсь, удалось подобрать подходящее платье?
Оставив в кабинете материалы, которые мог ли бы пригодиться ему в следующий раз, Антони перебросился несколькими словами с недовольно косившейся на Кэтрин профессором Лэрсон, пожелал ей хорошего вечера и, захватив рюкзак миссис Галлахер, поспешно ретировался.

Уже шестой год Антони снимал небольшую квартирку в получасе ходьбы от университета. Двушка располагалась на последнем этаже старого многоквартирного дома. Скромные габариты жилья полностью компенсировались его ценой и пешей доступностью центра. Это была обычная квартира-студия. Самая большая комната выполняла собой роль кухни, гостиной, коридора и одновременно кабинета юноши. Угловая, поменьше и потемнее, - спальни.
В дизайне юноша ничего не менял, так как не считал нужным. Минималистичкеский, без излишеств и помпезных гардин на пол-окна, он полностью его устраивал. Присутствие жильца в этой квартире выдавали распиханные в хаотическом порядке какие-то книги, наброски, записки, а также несколько особо любимых картин на стенах, пара немытых кофейных чашек на столе и переполненная пепельница на подоконнике.
В спальне был, в отличие от общей комнаты, какой-то стерильный, даже неживой порядок. Там Тони только спал и то не всегда. Порой он мог заснуть на диване в гостиной, читая какую-нибудь книжку, или провести несколько ночей у знакомой дамы или малознакомого юноши.
- Располагайтесь. Ваши вещи я отнесу в вашу комнату, - Эйлер кинул связку ключей на стол, а сам направился к угловой комнате.
В спальне Эйлер провел всего несколько минут: разместил рюкзак Кэтрин на кресле в углу, захватил себе сменную одежду и комплект постельного белья.
- Комната в полном вашем распоряжении. Если что-нибудь будет нужно, скажите, я с радостью вам помогу, - он устало улыбнулся и взъерошил волосы на затылке. - Там ванная, - он указал на соседнюю дверь. – Можете принять пока душ, а я соображу что-нибудь поесть. Вы, наверное, очень голодны? У нас есть еще несколько часов до начала, поэтому можем не спешить.
Готовить Эйлеру было откровенно лень, да и холодильник порадовал его относительной пустотой: пакет молока, недопитая бутылка красного сухого вина, какие-то фрукты и кусок засохшего сыра. Не долго думая, он нашел в бумагах возле входной двери флаеер службы доставки и заказал на дом суши.

+1

14

И все-таки этот Антони Эйлер оказался невероятно дружелюбным человеком.
— Да, спасибо, подобрала то самое, которое было нужно, — довольно ответила Кэтрин.
В ее гардеробе было множество одежды, о некоторых вещах она даже не помнила, а когда доставала, удивлялась, откуда подобное могло у нее взяться. И теперь Кэтрин, разумеется, казалось, что платья, подобного купленного, у нее нет и в помине, хотя была морального готова ошибаться.
Она старалась не смотреть по сторонам, чтобы не наткнуться на взгляд той женщины, улыбалась и боролась с желанием тут же показать покупку Эйлеру, пусть ему вряд ли было настолько сильно интересно.
— Ой, ну что же, он же тяжелый! — запричитала Кэтрин, в тайне довольная, когда Эйлер подхватил ее рюкзак и пошел прочь. Она спешно шла следом, поахала немного, посокрушалась, что, де, из-за нее приходится терпеть такие неудобства, а потом, чтобы не чувствовать себя неловко, попыталась заказать такси. Эйлер почему-то отмахивался от подобной затеи, шутил и предлагал прогуляться, и Кэтрин ничего не оставалось, кроме как согласиться.
Всю дорогу она трещала без умолку: говорила то о работе, опуская множество деталей, которые явно были лишними и, по сути, не нужными для понимания общей картины, болтала о странах, в которых побывала, сравнивала Женеву с другими европейскими городами и все поражалась ее красоте. Кэтрин даже умудрилась пару раз упомянуть Итана, но нейтрально, просто по имени, не скажешь даже, что речь шла о ее супруге. 
Путь до квартиры прошел практически незаметно.
Войдя в дом, Кэтрин придирчиво огляделась. К беспорядку она относилась легко, в конце концов, чаще всего уборка лежала на плечах Итана, меньше отлучавшегося с насиженного места, а она, в свою очередь, ночевала и в палатке, и в бараках, поэтому обычную квартиру воспринимала со всей той теплотой, на которую вообще только способен современный человек. 
При слове "душ" Кэтрин и вовсе благодарно застонала.
Она быстро оттащила вещи в спальню, поставила пакеты рядом с рюкзаком, выпросила у Эйлера полотенце и, не выпуская из рук дамскую сумку, направилась в ванную. Конечно, в мужском доме было недостаточно средств по уходу за телом, но здесь была теплая вода, текущая по водопроводу, и не было насекомых, норовивших облепить тело.
Кэтрин проторчала под душем около получаса, успела помыть голову и даже стереть макияж, хотя сначала раздумывала над тем, чтобы оставить его и не показаться Эйлеру уродиной. Здравый смысл победил, правда, когда она вымывала из глаз тушь, рада своему здравомыслию не была. Кэтрин быстро оделась в то, в чем была и до этого, наскоро промокнула волосы полотенцем и вышла, наконец-то, из ванной, оставив после себя душное, наполненное не успевшим осесть паром, помещение.
— Знаете, это было самое счастливое время за весь день, — искренне сказала она, медленно заходя в комнату и усаживаясь на диван, подогнув под себя ногу. Вода капала с волос на шею и плечи, но это было даже приятно.
Еще раз оглядевшись, Кэтрин улыбнулась.
— У вас тут красиво, очень уютный дом.

+1

15

Район, в котором Эйлер снимал квартиру, ему очень нравился: тихий, зеленый, с маленькими, светлыми улочками, небольшими домами и приветливыми соседями. Юноша до сих пор удивлялся своей удачи и порой даже подумывал, а не выкупить ли квартиру у хозяев.
За время отсутствия Кэтрин Тони успел переделать с полдесятка мелких домашних дел: заказал еду, прибрал творческий беспорядок, помыл посуду, сварил себе и гостье кофе и даже успел переговорить с одним из своих студентов по поводу курсовой работы. Когда девушка вышла из ванной комнаты, Антони сидел за кухонной стойкой, курил и просматривал на ноутбуке материалы по новой выставке.
Миссис Галлахер выглядела посвежевшей, отдохнувшей и очень довольной. Эйлер искренне улыбнулся, затушил сигарету и закрыл ноутбук. Милая шотландка юноше определенно была по душе. Он любил проводить время с людьми искренними, говорливыми и жизнерадостными. Кэтрин казалась ему именно такой. По дороге к дому искусствоведа он с удовольствием слушал ее истории, иногда смеясь, иногда поражаясь стойкости этой хрупкой девушки.
- Спасибо. Я рад, что вам понравилось, - Эйлер взъерошил непослушные волосы. – Взял на себя смелость приготовить вам кофе и заказать суши. Решил, что вы могли проголодаться.
Он взял чашечку с кофе, сахарницу и поставил возле девушки на столик. Раздался телефонный звонок – привезли заказ. Тони спустился вниз, встретил курьера и заплатил за доставку.
Во время импровизированного ужина Эйлер продолжал непринужденно общаться с Кэтрин. Как обычно между малознакомыми людьми, они разговаривали на отвлеченные темы: о работе, путешествиях, немного об искусстве и еще меньше о личной жизни. К концу вечера, когда Тони и его новая знакомая закончили собираться и направились к месту встречи, юноша был уверен, что в лице милой шотландки он обрел если не нового друга, то, как минимум, хорошую знакомую.
До ресторана они опять добирались пешком. Благо квартира Тони находилась совсем рядом, и ему не пришлось выдумывать новую небылицу, чтобы оправдать свое поведение. Хотя умом юноша понимал, что это выглядит крайне странно, да и немного не по-джентельменски заставлять даму идти пешком на каблуках. Возле ресторана они появились чуть позже назначенного времени.

+1

16

— О, суши! — Кейт всплеснула руками, радостно заулыбавшись.
Еда была очень кстати: ей, как человеку, который не успел ничем подкрепиться, страшно хотелось хоть как-то заставить свой организм двигаться. И чем больше бытовых приятностей происходило, тем легче становилось.
Кейт, не особенно размышляя над тем, правильно ли поступает, стала помогать Эйлеру с мелкими заботами. Особенно ей понравилось открывать дверь, чтобы принять заставку, и видеть несколько изумленное и смущенное лицо совсем еще зеленого мальчишки, который, будь его воля, наверняка бы сбежал быстрее, чем Кейт успела спросить, сколько она должна заплатить.
Внимание Кейт льстило, особенно такое.
Все оставшееся до похода в ресторан время она прихорашивалась. Важности приема должен был соответствовать и ее внешний вид, Кейт несколько раз закалывала и вновь раскалывала успевшие подсохнуть волосы, постоянно оставалась недовольна результатом, один раз даже чуть не вспылила и не заявила, что никуда не пойдет, но вовремя себя остановила.
На макияж ушло гораздо меньше времени: быстрыми отработанными движениями Кейт сделала строгий вечерний вариант, которому всегда доверяла в подобных случаях, поставила акцент на темно-вишневые губы и совсем чуть-чуть — на подкрашенные дымчатыми тенями глаза. Получилось недурно, а в сочетании с грехом пополам созданной прической и купленным совсем недавно платьем так и вовсе красиво.
Кейт надела туфли, еще раз попробовала каблук, пройдясь туда-сюда по квартире, оценила его как достаточно удобный, переложила в клатч мелкие необходимые вещи и, в качестве завершающего штриха, надела аксессуары.
Беглый осмотр собственного отражения оставил Кейт довольной: выглядела она дорого, красиво и не фривольно, что было самым главным. Только после этого она подцепила под локоть ожидавшего Эйлера и согласилась выйти из дома.
Он опять настоял на пешей прогулке, и Кейт согласилась, пусть менее охотно, чем днем: каблуки, хоть и выдержали поход по квартире, не обещали быть такими же комфортными после. Между тем, она была спутницей, Эйлер помогал именно ей, а не наоборот, поэтому Кейт не имела никакого права на возмущение.
На входе в ресторан их даже не остановили, разве что бегло посмотрели на приглашение, окинули их обоих взглядом и остались довольны. Кейт на всякий случай скосила взгляд на Эйлера, пока они проходили мимо гардероба и уборных к главному залу: точно ли все хорошо, не сбилась набок бабочка, не помялся ли воротничок? Но нет, они оба выглядели прекрасно и абсолютно гармонично смотрелись среди пусть разношерстной, но одинаково чопорной публики.
— Диадема, помните? — шепнула Кейт. — Если вдруг увидите Фурье или даже просто подумаете, что увидели, сразу же мне говорите, хорошо?
Ей вдруг стало неловко, что она втягивает во все происходящее Эйлера — ни в чем неповинного, по сути, человека. В зале был полумрак, люди прохаживались и разговаривали, но более ничего не происходило. Не было никакой выставки, которую Кейт ожидала, единственным проявлением искусства оставалась музыка, лившаяся из огромных динамиков.
Их проводили к нужному столику, находившемуся едва ли не на самом видном месте, Кейт подождала, пока ей отодвинут стул, села и тут же заказала шампанского.
— Узнаете хоть кого-то из присутствующих? — наклонившись к Эйлеру, спросила Кейт.

+1

17

Смокинг был ужасно неудобной вещью. Бабочка нещадно сдавливала горло, пиджак сковывал добрую половину движений, а новые, налакированные ботинки больше походили на кандалы, чем на обувь. Эйлер отчаянно пытался хоть что-то с этим сделать: дергал ворот рубашки, оттягивал рукава пиджака, периодически как-то по-детски неловко водил плечами. Ничего не помогало. Если бы не присутствие Кэтрин рядом, то он уже к началу вечера весь издергался и в конце концов ушел в дальний угол залы пить шампанское и наблюдать за присутствующими. К слову, миссис Галлахер выглядела прекрасно. Антони не мог этого не отметить. Все же девушки в платьях были восхитительны.
- Конечно, помню, - юноша улыбнулся. – Хотя в компании такой прекрасной дамы это легко забыть.
Комплимент получился искренним и ничего под собой не подразумевал. Тони просто хотелось отметить внешний вид спутницы словами, а не тем восхищенным взглядом, которым он одарил девушку, когда та закончила собираться.
В помещении было уже достаточно много людей. Дамы, почти не отличавшиеся одна от другой, сверкали в полумраке драгоценностями и белоснежными улыбками. Мужчины, больше похожие на гордых пингвинов, чопорно расхаживали мимо столиков или непринужденно болтали с себе подобными. В общем, прием как прием.
Кое-кого из присутствующих Тони узнал. В дальнем углу комнаты известный критик "Трибуны Женевы" Жан Голдэ, держа под руку черноволосую женщину в ярко-красном платье, о чем-то общался с местной оперной звездой, грузным мужчиной с добродушным лицом и кучерявыми бакенбардами. Чуть подальше от них ворковали музы Большого театра, одинаково стройные, кудрявые и веселые. При входе Антони успел заметить предка знаменитого Рудольфа Тепфера, достаточно молодого человека, чуть менее талантливого писателя, чем его знаменитый прапрапра. Знакомых лиц было великое множество. Кого-то юноша знал по имени, чьи-то лица он просто где-о видел. Здесь даже был Кристоф Болльманн, о котором он говорил девушке утром.
В двух словах Эйлер представил некоторых из присутствующих, слегка наклонясь к Кэтрин и пытаясь не сильно повышать голос. Фурье все еще не было.
Тони как раз рассказывал шотландке о скандале вокруг картины Мэрион Эбигейл, которая сидела за два столика от них, когда его кто-то легко погладил по плечу. Он обернулся и увидел Хлою. Она была так же прекрасна, как и в день, когда они виделись в последний раз. Строгое черное платье с игривыми кружевными вставками плотно обтягивало хрупкий девичий стан. Шикарные волнистые волосы были собраны в объемный, ажурный пучок.
- Ты как всегда прекрасна, - Тони быстро встал со стула и поцеловал протянутую ручку.
Встреться они где-нибудь в другой обстановке, он бы, конечно, привычно обхватил девушку за талию и, как в юности, покружил. Но обстановка не позволяла.
Хлоя по-девичьи рассмеялась и даже сделал некое подобие реверанса.
- Как проходит вечер? – поинтересовалась девушка, сверля Эйлера глазами и не обращая ни малейшего внимания на Кэтрин.
- Спасибо, все отлично, - улыбнулся юноша, все еще продолжая держать Хлою за кончики пальцев. – Я даже не знаю, как тебя отблагодарить.
Девушка в ответ лишь загадочно улыбнулась.
- Ох, простите, совсем забыл, - Тони смущенно отпустил руку Хлои и, приобняв ее за плечи одной рукой, другой показал на Кэтрин. – Хлоя – это Кэтрин, Кэтрин – Хлоя. Это ей мы обязаны сегодняшним вечером.

+1

18

Разумеется, Эйлер знал хоть кого-то из этих людей — он жил в Женеве, был наслышан о многих, а Кейт смотрела на них как впервые. У нее не было времени читать светскую хронику, она даже не всегда могла угадать самых известных актеров в фильмах, а что уж о встреченных живых людях!
Когда к ним подошла какая-то девушка, Кейт, ни на секунду не усомнившись, решила, что перед ними какая-нибудь очередная звезда, пусть даже и городского масштаба. Тем не менее, Эйлер вел себя так, будто бы не только хорошо знал ее, но и имел близкие отношения. Вряд ли преподаватель университета мог похвастаться такими знакомствами, да и не выглядел ее кавалер вечера тянущимся к популярности.
Кейт смотрела на них двоих, отмечала про себя, что незнакомка ее игнорирует, и чувствовала исключительно женское удовольствие: девица наверняка заревновала, когда увидела, что Эйлер уделяет Кейт все свое внимание, а ее даже не замечает в толпе.
Зато из разговора удалось понять, что эта девушка — та самая, которая помогла им пробраться на этот прием.
Кейт встала, протянула руку и сжала ладонь Хлои, дружелюбно улыбаясь.
— Приятно познакомиться, Хлоя! Антони очень тепло о вас отзывался.
Кейт посмотрела немного в сторону и увидела вдруг, что за соседним столиком сидит молодой человек и неотрывно смотрит на нее. Он поднял бокал шампанского, подмигнул и пригубил напиток.
По спине пробежал холодок, а одновременно с ним появилось чувство острейшей досады. Кейт охотилась за диадемой, она почти вплотную подошла — и тут столкнулась с этим ублюдком из Женевского Дома! Вот чего она ожидала меньше всего, так это увидеть знакомое лицо.
— Прошу меня простить, кажется, я увидела своего знакомого. Антони, извините, я вернусь буквально через несколько минут, — Кейт погладила Эйлера по плечу, едва не скрипя зубами от злости, подхватила свой бокал шампанского и пошла, качая бедрами, через ползала.
Мужчина наблюдал за каждым ее шагом, а Кейт еле сдерживалась, чтобы не обернуться и не глянуть на Эйлера и Хлою.
Впрочем, раньше, чем она решилась это сделать, ей навстречу уже встали.
— Какая приятная встреча, Кэтти! — голос Этьена был все такой же мягкий, как раньше, а на лице не было ни одной морщинки, которая по-настоящему портила бы его внешность — и не скажешь, что ему уже давно стукнуло сорок.
— Взаимно, Этьен, — Кейт кривила душой, но улыбалась так, словно действительно находила изумительно приятным пересечься со старым знакомым.
С Этьеном они сталкивались повсюду: в Фивах, лежа в одной палатке ночью в пустыне, перешептываясь и обсуждая возможность появления скорпиона в спальном мешке, было самое тесное столкновение — Кейт визжала, как сумасшедшая, когда ей показалось, будто по ней что-то ползет, и в итоге провела всю ночь в одном спальнике вместе с Этьеном. Они пересекались в джунглях, а тайге, в заснеженных горах, обычных густонаселенных жилых городах — везде, раз за разом осознавая, что практически ненавидят друг друга из духа соперничества и неспособности прийти к общему соглашению.
Но увидеть его на приеме, хорошо вымытого, без щетины и даже в костюме, Кейт не ожидала.
— Диадема? — только и спросил Этьен, протянул руку с зажатым бокалом.
Кейт протянула свой бокал в ответ прежде, чем кивнуть; они чокнулись и замолчали, сверля другу друга взглядами, пока отпивали шампанское.
Этьен вдруг улыбнулся и кивнул куда-то за спину Кейт:
— Франсуа Фурнье, коллекционер и невероятный говнюк... ты ведь знаешь, Кэтти, что он демон, не так ли? А еще — тебе точно стоит знать! — он только что подошел к твоему мужчине, — казалось, этот факт доставил Этьену особое удовольствие. — Я бы спросил тебя о больше, но... Кэтти, дорогая, ну неприлично так бросать собеседников, где тебя учили манерам?
Кейт недовольно зыркнула на Этьена через плечо и продолжила путь к Эйлеру. И надо же так встрять: попасть на прием к демону, который зачем-то собирает артефакты и скрывают свою личность!
— Доброго вам вечера! — тут же пошла ва-банк Кейт, решив переключить внимание на себя, и протянула руку Фурнье тыльной стороной ладони вверх.

Этьен Морель

http://st-im.kinopoisk.ru/im/kadr/1/8/0/kinopoisk.ru-Christian-Cooke-1806089.jpg

+2

19

- Конечно, конечно, - Тони улыбнулся своей спутнице.
Краем глаза он проследил за тем, куда удаляется Кэтрин: все же было удивительно, что у человека, который не вращался в высших слоях женевского общества, могут быть знакомые на таком мероприятии. Эйлер, конечно, знал, что в век цифровых технологий можно завести друзей хоть на Аляске, но до сих пор это было немного для него неожиданно. Для приобретения новых друзей он пользовался старым, проверенным способом – личное знакомство.
Глядя на то, как мило улыбалась миссис Галлахер мужчине, Антони сделал вывод, что отношения этих двоих имеют довольно продолжительную историю. Значит, юноша мог не волноваться - у девушки явно все было хорошо.
- Что… глаз оторвать не можешь? – с нотками сарказма в голосе спросила Хлоя.
В ответ Эйлер только слегка улыбнулся и, поймав ладошку девушки, снова прижал ее к губам. Хлоя рассмеялась и нежно прочертила пальцами свободной руки линию от уха до подбородка искусствоведа.
- Ах, ты все так же мил, - томно вздохнула она, продолжая кокетничать.
Повисла недолгая пауза, в течение которой они смотрели друг другу в глаза, продолжая по-глупому улыбаться. Все же было в девушке нечто демоническое, потустороннее, одновременно притягательное и пугающее. Хлоя была из того разряда девушек, ради которых мужчины во все времена были готовы совершать безрассудства. И Тони был
- О, кажется, ты хотел познакомиться с Фурнье, - спохватилась девушка. – Вот и он! – она помахала кому-то в дальнем углу зала и ослепительно улыбнулась.
Юноша обернулся и внимательно посмотрел на мужчину: Франсуа до этого он видел только на фотографиях. Это был высокий худощавый статный мужчина, гладко выбритый, с проседью в волосах. Тонкие губы были растянуты в кривой улыбке, от чего кожа на щеках собиралась небольшими складочками. На лбу и вокруг темных, как смоль, глаз, расползлись морщинки.
- Герр Фурнье, - девушка положила руку на плечо Тони, - это Антони Эйлер. Человек… - Хлоя осеклась, - искусствовед, о котором я вам говорила.
- Добрый вечер, - поприветствовал мужчина и протянул руку.
- Добрый, - Эйлер ответил на рукопожатие. – Рад с вами познакомиться. С удовольствием слежу за пополнением вашей коллекцией, - он улыбнулся.
- О, мне очень приятно, что молодые люди увлекаются чем-то подобным, - его глаза хищно заблестели.
Легким движением руки Фурнье подозвал официанта, снял с подноса бокалы с шампанским и раздал всем присутствующим.
- Давайте выпьем! За самое прекрасное, что есть в этом мире: женщин, искусство и любовь, - он хитро посмотрел на Хлою.
Они чокнулись и отпили из своих бокалов.
- Моя знакомая очень хотела с вами познакомиться, - Тони обернулся, чтобы посмотреть, где находится Кэтрин, но девушка уже стояла возле них.
Франсуа подхватил протянутую ладошку и поцеловал кончики пальцев.
- Твои знакомые очаровательны! – мужчина сухо рассмеялся. – Кажется, у вас было ко мне какое-то дело… Я прав, Хлоя?
 

Франсуа Фурнье

http://bestin.ua/static/uploads/DR/04_08/billbybobtornton_12%20(2).jpg

+1

20

Фурнье пожал руку Кейт, и она растерялась, быстро глянув на Этьена.
Коллега был внимателен и собран. Кажется, даже сейчас он изучал демона, внимательно глядя на него, но стараясь не привлекать к себе внимания, будто бы старательно сдерживаясь и опасаясь выглядеть чрезмерно подозрительным. Но таким Этьен и был, и Кейт даже испугалась за него.
— Мое имя Кэтрин Галлахер, я археолог, — представилась Кейт, поспешно отворачиваясь от Этьена и пытаясь загородить его своей спиной.
Одно дело, что он мог подвергнуться опасности, совсем другое — что этот идиот гнался за тем же артефактом, что и она. Соперничество не было настолько страшным, насколько ужасной могла оказаться смерть на подобном мероприятии. В конце концов, они оба имели дело с демоном, которому в голову могло прийти все, что угодно.
И это она еще не думала об артефакте.
Знакомая Эйлера вдруг заговорила об их деле, и Кейт заметно напряглась. Ей бы хотелось следить за всем со стороны, не отсвечивать и не подставляться под опасность, но теперь — теперь Кейт придется говорить напрямую.
Она опять быстро глянула в сторону Этьена, но его за столом уже не было. Странно.
— Меня интересует диадема, принадлежащая змее Бонкура, — Кейт улыбалась и старалась выглядеть максимально невинно, будто она не знала об артефакте чуточку больше, чем ей полагалось. — Я наслышана, что она находится где-то у вас, так? Мне очень хотелось бы ее изучить.
Кейт заранее знала ответ: ей откажут, возможно, даже солгут, что никакой диадемы в коллекции Фурнье нет и вовсе. Она не была расстроена, зато напряглась очень и очень сильно.
Кейт стояла лицом к демону, и заметила, как за несколькими столиками позади появляется Этьен. Он делал какие-то странные знаки, подзывал ее — или, может, наоборот просил задержать внимание Фурнье подольше? Кейт чувствовала себя неловко, дергалась, боясь, что ее боковое зрение заставит ее окосеть, улыбалась демону, а сама изо всех сил улавливала, что же от нее хочет коллега.
Хлопнув себя ладонью по лбу, Этьен вдруг показал руками крест и махнул головой куда-то в сторону.
Ага, так уже понятней.
— Ох, извините, мне нужно отойти, — пролепетала Кейт, смущенная, испуганная, с замирающим сердцем от ужаса и предчувствия, что она ввязалась во что-то невероятно страшное, то, что ей не под силу.
Оставлять Эйлера одного с демоном Кейт не хотелось, поэтому, скользнув в сторону от Фурнье, она подхватила Антони под локоть.
— Вы не проводите меня? — куда именно, Кейт еще не придумала.
До дамской комнаты? Чушь.
Вот, точно, ей могло поплохеть, и теперь она срочно должна выйти на воздух, чтобы почувствовать себя легче! Разумное объяснение, хотя никому оно и не требуется.
Кейт вела Эйлера между столиками, стараясь петлять и не показывать, куда именно они идут, а сама шипела всю дорогу:
— Как вы вообще догадались сказать ему, что мне что-то от него нужно? Он опасен, Антони! Настолько опасен, насколько это вообще возможно! Только не оборачивайтесь.
Они зашли в узкий коридор, прошли несколько метров и наткнулись на Этьена, который тут же прижал палец к губам, а потом вдруг зашептал:
— Там в конце есть дверь, она ведет к основной коллекции Фурнье. Нам нужно зайти туда самостоятельно, пока он занят в зале.
Кейт округлила глаза и сглотнула. Если им придется бежать, она не сможет развить приличную скорость: платье и высокие каблуки лишали ее возможности нормально переставлять ноги.
А еще — Эйлер. Кейт посмотрела на него, нахмурилась.
— Вы с нами? — прошептала она, пока Этьен переминался с ноги на ногу от нетерпения.

+1


Вы здесь » Практическое Демоноводство » Архив эпизодов » 03.04.13 Волшебная змея Бонкура (заморожен)


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC